Дело «Сети» в Пензе: обвинение просит для антифашистов от 6 до 18 лет

0 1


Прокуратура просит приговорить обвиняемых по делу о террористическом обществе «Сеть» к срокам от 6 до 18 лет — докладывает издание «7х7». О таком наказании попросил прокурор Сергей Семеренко на выездном заседании Приволжского окружного военного суда в Пензе.

Обвиняемыми по делу в Пензе проходят семь человек: Дмитрий Пчелинцев, Илья Шакурский, Василий Куксов, Андрей Чернов, Арман Сагынбаев, Максим Иванкин и Миша Кульков. Всем им от 23 до 31 года.

Гособвинитель просит назначить любому из их срок лишения свободы:

  1. Пчелинцеву — 18 лет
  2. Шакурскому — 16 лет
  3. Чернову — 14 лет
  4. Иванкину — 13 лет
  5. Кулькову — 10 лет
  6. Куксову — 9 лет
  7. Сагынбаеву — 6 лет

Юных людей винят в том, что они планировали поднять вооруженный бунт против органов власти. По версии следствия, они собирались устроить теракты во время чемпионата мира по футболу и выборов президента в 2018 году «с целью раскачки народных масс».

«Планировали нападения на кабинеты партии «Единая Наша родина», военкоматы с целью смены конституционного строя», — утверждал на прениях прокурор Семеренко.

Обвиняемые опровергают вину и молвят, что дело о террористическом обществе «Сеть» было полностью выдумано ФСБ (Федеральная служба безопасности Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющий в пределах своих полномочий решение задач по обеспечению безопасности Российской Федерации) на основании сфальсифицированных доказательств и недостоверных показаний.

Находящиеся под арестом юные люди говорят, что на ранешном шаге следствия они были обязаны обмолвить себя. Часть из их утверждают, что опосля задержания в осеннюю пору 2017 года подписали благодарные показания под пытками, остальные — из-за психического давления.

Как появилось «дело Сети»

Уголовное дело о террористическом обществе «Сеть» было возбуждено в октябре 2017 года. Расследование типо началось с явки с повинной студента пензенского педагогического института Егора Зорина, который незадолго ранее попался правоохранительных органов с наркотиками, писал «Предприниматель» со ссылкой на материалы дела.

Вослед за Зориным в течение нескольких дней в Пензе один за остальным были задержаны несколько юных людей: студент-одногруппник Зорина Шакурский, музыкант и инженер Куксов, инструктор по стрельбе Пчелинцев, слесарь-сборщик Чернов.

Тогда же, в осеннюю пору 2017 года, в Санкт-Петербурге задержали и этапировали в Пензу программера Сагынбаева. Еще двоих — Иванкина и Кулькова — следствие не сумело отыскать сходу и объявило их в розыск, они были задержаны лишь в летнюю пору 2018 года.

В итоге на скамье подсудимых оказались семь человек: дело в отношении первого, типо явившегося с повинной Зорина, закончили. В силе оставили лишь обвинение в хранении наркотиков. По воззрению родственников обвиняемых, такое послабление разъясняет показания, которые Зорин отдал на других фигурантов.

Всех их соединяет воединыжды увлечение левыми мыслями: большая часть из их причисляют себя к антифашистам, некие — к анархистам. Почти все соединены общими музыкальными вкусами и познакомились на концертах.

Создателями террористического общества ФСБ (Федеральная служба безопасности Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющий в пределах своих полномочий решение задач по обеспечению безопасности Российской Федерации) именует Пчелинцева и Шакурского. Им угрожает до 20 лет лишения свободы. Остальным пятерым предъявлено обвинение в участии в террористическом обществе, очень вероятное наказание по нему — до 10 лет.

Пчелинцева, Шакурского и Куксова также винят в нелегальном хранении орудия. Обвиняемые настаивают, что незарегистрированное орудие было подброшено самими силовиками.

Чернова, Иванкина и Кулькова кроме роли в террористическом обществе винят в покушении на сбыт наркотиков. Они опровергают вину.

На чем строится обвинение

Все обвиняемые игрались в командно-тактическую игру страйкбол. Видеозаписи, изготовленные ими самими во время полевых занятий и походов в лес, обвинение сейчас считает подтверждением их вины.

«Все тренировки были ориентированы на приобретение военных способностей и морально-психологическую подготовку, — заявил во время прений Семеренко, — участники отрабатывали навык укрытого подхода к противнику, обучались верно использовать коктейли Молотова для захвата спостроек, отрабатывали захват в мгле».

Кроме видеозаписей занятий в базе обвинения лежат электрические документы, типо изъятые из телефонов и компов обвиняемых. В их, по словам следствия, содержатся подтверждение того, что мужчины вправду готовились к бунту.

Доп аргументом в пользу их вины, как утверждает ФСБ (Федеральная служба безопасности Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющий в пределах своих полномочий решение задач по обеспечению безопасности Российской Федерации), было внедрение нелегальных кличек и мессенджера «Джаббер», позволяющего юзерам сохранять анонимность. У неких из обвиняемых, утверждает следствие, было изъято незарегистрированное орудие.

Что молвят обвиняемые

«Мои 1-ые показания были благодарными, поэтому что я страшился продолжения пыток. Тогда еще наркотиками мне особо не грозили… А позже в некий момент следователь произнес мне: «Не отрешайся от благодарных показаний, а то пристегнем к Иванкину с Кульковым» [по статье о наркотиках]», — цитирует данные во время суда показания Чернова издание «7х7».

Про ультиматум со стороны следователя Российской службе Би-би-си также сказал брат Чернова, Алексей. По его словам, через некоторое количество дней опосля задержания, мать братьев попала на прием в ФСБ (Федеральная служба безопасности Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющий в пределах своих полномочий решение задач по обеспечению безопасности Российской Федерации).

«Следователь сходу произнес. Признавайся — будет одна статья. Не признаешься — будет иная» — утверждает брат обвиняемого.

Опосля того как Чернов отказался от признания вины, в деле возникли данные о найденных в его телефоне адресах сотен закладок с наркотиками. «Я не понимаю, откуда все они это надергали. Все это не имеет ко мне дела. У следователей интересуйтесь и выясняйте», — посоветовал Чернов прокурору во время судебных заседаний.

Шакурский направлял внимание на нестыковки, которые появились вокруг цифровых доказательств вины. По его словам, уже опосля задержания и изъятия ноутбука и телефона у него на компе возникли неведомые ему папки и файлы.

Как надо из материалов дела, в феврале 2018 года сотрудники спецслужбы отыскали в ноутбуке Шакурского несколько документов: «Подпольщики», «Съезд (2017)», «Развитие сети», «Структура сети» и остальные. В их, по версии следствия, шла речь о функционировании террористического общества.

Осматривать вещественные подтверждения в суде помогал технический спец ФСБ (Федеральная служба безопасности Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющий в пределах своих полномочий решение задач по обеспечению безопасности Российской Федерации) Илья Ганин. Часть файлов, которые типо были найдены в компе обвиняемого во время следствия, во время судебного заседания найти на ноутбуке не удалось.

«Может быть, [мы] ошиблись» — откомментировал различие меж реальностью и протоколом осмотра техники эксперт Ганин.

По словам Шакурского, в его компе также возникли новейшие файлы. «У большинства файлов и папок на моем ноутбуке даты конфигураций стоят в летнюю пору 2018 года. У кого в это время был доступ к ноутбуку, мне неясно» — приводит его слова издание «7х7».

Твердый диск другого обвиняемого — Сагынбаева — оказался неисправен и суду не удалось проверить, есть ли на нем файлы, которые следствие типо нашло там в феврале 2018 года и употребляет в качестве подтверждения его вины.

«Наверняка, хранили ненадлежащим образом» — представил спец ФСБ (Федеральная служба безопасности Российской Федерации — федеральный орган исполнительной власти Российской Федерации, осуществляющий в пределах своих полномочий решение задач по обеспечению безопасности Российской Федерации) Ганин.

Шакурский, как и иной обвиняемый — Пчелинцев, заявлял, что в 1-ые деньки опосля задержания показания из него были выбиты под пытками при помощи электротока. Рассказы о пытках и Шакурского, и Пчелинцева приводила «Медиазона».

О избиениях и пытках также ведали Сагынбаев и Чернов.



Source link

Leave A Reply

Your email address will not be published.

три × 4 =