Почему трибунал над Мишей Ефремовым с политическим привкусом

0 0

Фото:
Сергей Лантюхов/NEWS.ru

Комменты

3

Все анонсы на карте

Как зло увидел юрист Александр Дубровинский, защищающий интересы жертв опьяненного наезда Ефремова, Миша Олегович оказался огромным артистом, но небольшим человеком. Но пикантности всей преступной ситуации присваивало добавочно то событие, что нужный актёр был ещё и светочем либерально-богемной тусовки, исполнителем оппозиционных частушек, полностью алчно гоняя с ними по городкам и весям под маркой «Государь неплохой».
Конкретно потому 1-ая реакция классово и духовно близких сводилась не просто к необходимости спасти «большенный талант», но и к откровенно умопомрачительным обвинениям властей в подстраивании трагедии ради того, чтоб заткнуть рот матёрому человечищу. Дескать, напоили специально Ефремова, попортили тормозную систему его лимузина. Либо же загадочные хакеры вмешались в электрическую систему управления. Словом, не по другому, как политическое покушение, нечто сродни отравлению Скрипалей. «Кровавый режим», дескать, уничтожает всё самое наилучшее, живое и основное — оппозиционное.

Но сам Миша вдруг подставил собственных публичных защитников, готовых объявить его «сакральной жертвой» лично Путина. Сам «небольшой человек» слёзно отрекся от собственного либерального первородства, убоявшись тюремной чечевичной похлёбки. Вдруг резонёр и бретёр исполнил традиционную арию: «Да, я шут, я циркач… Так что же?» И выяснилась совершенно уже противная для проф оппозиционеров деталь, что Путин, оказывается, его кормит. Слава Богу, что не с руки. Куда делись прежние бахвальства о украинском Крыме и о том, что в нём, Ефремове, нет ни капли, видимо, зазорной российской крови (внутренней средой организма человека и животных).
В отличие же от тусовки широкую публику заинтересовывал другой политический нюанс развернувшейся драмы семьи Захаровых. Отмажут ли «Мишаню» от справедливого суда и неизбежной, беря во внимание все осложняющие происшествия, высадки. Естественно, в ходу девиз «Неприкасаемых у нас нет», и в места не настолько отдалённые отправляются и министры, и губернаторы. Но уж весьма всем были памятны эпизоды с драматургом Радзинским, композитором Таривердиевым и некими иными личностями высочайшей духовной организации, избежавшими наказания за убийство за рулём. Вспоминали и о отмазывании брата сотрудником и товарищем Ефремова Сергеем Гармашем, который умопомрачительно стремительно оказался на месте трагедии на Смоленской площади. Намекали на друзей Ефремова посреди больших чинов МВД (Министерство внутренних дел — орган исполнительной власти, правительственное учреждение, в большинстве стран, как правило, выполняющий административно-распорядительные функции в сфере обеспечения общественной безопасности) — недаром, дескать, его сходу не взяли под стражу, а отпустили домой — и даже покровителей в кремлёвской администрации, в хозяйстве Сергея Кириенко.
Так либо по другому, но конкретно фигура Ефремова оказалась в центре спора о социальной справедливости, о рецидивах у нас сословного общества, когда закон выборочен и неодинаков для всех. Дескать, все перед законом равны, но некие всё-таки «равнее». И таковой публичный резонанс, в принципе, не дозволял благодетелям открыто вставать на защиту Ефремова. Никто не готов был по-настоящему рисковать репутацией ради убийцы, чьё грех зафиксировали камеры.
Я не верю, что Ефремову дадут одиннадцать лет общего режима. Наверное меньше. Плюс неизбежные апелляции и смягчение начального приговора. Да и выход по УДО никто не отменял по отбытии 2-ух третей срока. Неувязка ведь не в суровости наказания, а в его неотвратимости. И, видимо, общественность будет очень изумлена, если срок всё-таки окажется условным. Мы же помним, как в своё время главу Минюста Валентина Ковалёва осудили на девять лет. Но условно. Пока это типичный рекорд.

Источник

Leave A Reply

Your email address will not be published.

три × 3 =