Наша родина в разгар протестов поддерживает Лукашенко средствами. Повторит ли Белоруссия судьбу Украины?

0 0

Фото:
Сергей Шелег / AP

Комменты

6

Все анонсы на карте

С тех пор как Владимир Путин на переговорах с Александром Лукашенко пообещал выдать Белоруссии кредит в полтора млрд баксов, лишь ленивый не провел аналогий с иной встречей в сочинской резиденции русского фаворита. Семь лет вспять с просьбами о помощи и жалобами на протесты приезжал в Сочи иной управляющий братской страны — Виктор Янукович. Через пару месяцев президента Украины свергли в ходе Евромайдана, а большой кредит Москве никто возвращать не собирается. Исторические параллели вправду навязываются — тем наиболее что президент Белоруссии не перестает припоминать, как он непредсказуем. К примеру, в прошлую среду, 23 сентября, он в один момент провел потаенную инаугурацию, о которой не знали даже в Москве, что точно вызовет эскалацию политического кризиса. Но Кремль, похоже, не опасается повторения «украинского сценария» в Белоруссии. «Лента.ру» разобралась, вправду ли поводов для беспокойства нет.
Своим не жаль

В конце 2013 года, когда в Киеве на площади Независимости уже стоял лагерь протестующих и прошли 1-ые столкновения с милицией, президент Украины Виктор Янукович получил отказ от Китая в кредитовании и больших мотивированных инвестициях в инфраструктурные проекты. В итоге из Пекина он вылетел прямиком в Сочи, где провел долгие переговоры с президентом Рф Владимиром Путиным. Спустя несколько недель результаты той встречи были оформлены столичными соглашениями о предоставлении весьма большого кредита. Который, очевидно, так и не погасили до сих пор.
И хотя последовательность развития белорусского кризиса в целом очень различается от событий Евромайдана, заявление Путина о готовности выделить кредит Минску в размере 1,5 млрд баксов послужило поводом вспомянуть действия практически семилетней давности на Украине. Ведь та же игра в многовекторную политику, массовые политические протесты и непризнание Евросоюза принудили прилететь в Сочи еще 1-го президента «братской страны» — Александра Лукашенко.

Фавориты 2-ух государств обсуждали не лишь экономическую помощь, но и реформу Конституции Белоруссии. По словам Лукашенко, она обязана перераспределить императивные возможности в стране. Путин именовал реформу «логичной и своевременной», но выделил, что «в нее никаким образом никто не должен вмешиваться — ни Москва, ни остальные европейские столицы». Можно представить, что, как и в ситуации с Януковичем, обязавшимся опосля получения денежной помощи в 2013-м консультироваться по всем внешнеполитическим вопросцам с Россией, кредит не являлся главной договоренностью.

Reuters

Щедрого подарка со стороны русских властей не хватит для стабилизации экономики, переживающей не самые наилучшие времена, но средства посодействуют Лукашенко обслуживать наружные долговые обязательства. Наша родина практически дает отсрочку для погашения основного долга по ранее предоставленным займам: один млрд Белоруссия получит в 2020 году, еще 500 миллионов баксов — в 2021-м.
Белорусский кризис ухудшил неравенство меж Москвой и Минском: прижатому к стене Лукашенко как никогда нужна поддержка Рф, чтоб одолеть протест у себя дома и не допустить обвала экономики. Но это не означает, что русские власти получили вполне преданного напарника.
Лукашенко не раз менял риторику в отношении интеграционных действий с Москвой. Это на данный момент он стращает собственных людей военным вторжением Запада и обещает сохранить общее с Путиным «отечество от Бреста до Владивостока». А ведь еще перед выборами 9 августа он ловил «русских боевиков» — проезжавших через Белоруссию транзитом членов русской ЧВК, — что весьма напоминало риторику Киева, часто обвиняющего Москву в военных диверсиях. Еще Лукашенко сетовал, что «кукловоды из «Газпрома»» правят его конкурентами. Не считая того, Запад отказал президенту в легитимности и, быстрее всего, не признает любые международные сделки с ролью Белоруссии.
По воззрению политолога Максима Семенова, Кремль в сегодняшней ситуации мог бы действовать, как и Интернациональный денежный фонд (МВФ) со своими партнерами: поначалу настаивать на выполнении определенных критерий и лишь позже предоставлять помощь.

«Наша родина, по непонятным для меня причинам, повторяет старенькый сценарий и дает средства в обмен на обещания нескончаемой дружбы, как это было с Украиной. Сомневаюсь, что такие деяния приведут к пересмотру Лукашенко собственной внутренней и наружной политики», — отметил политолог в комменты «Ленте.ру».

В Кремле не один раз подчеркивали, что кредит выдан не лично действующему президенту Белоруссии, а братскому государству в целом. И бояться повторения украинского сценария нет оснований. На 1-ый взор может показаться, что Белоруссия вправду попала в капкан многовекторности и повторяет путь Киева. На этом сходства меж событиями 2014 и 2020 годов завершаются.
Капкан многовекторности
Одно из главных различий Евромайдана от белорусских событий — позиция, которую занимает работающий глава страны на момент начала протестов.
Лукашенко столкнулся с тем, что его победу на выборах не признали впечатляющая часть избирателей и мировое общество. К концу 2013 года, когда протесты охватили Украину, Янукович уже три года как был избранным президентом страны, чья легитимность не вызывала колебаний. Так что у политика хватало приверженцев, просто он не смог хорошо пользоваться поддержкой. Оппозиция Януковича — от конструктивных украинских националистов до пророссийских сил — не преследовалась правоохранителями и законно действовала в политическом поле, в отличие от оппозиции Лукашенко, большая часть которой или бежала из страны под давлением спецслужб, или оказалась в кутузке.
И, в конце концов, самое основное отличие ситуации на Украине от белорусского кризиса в том, что активистов Евромайдана поддерживала часть денежной и политической элиты. Долгие годы в стране спел раскол меж сторонниками сближения с Западом и теми, кто избрал внешнеполитическую ориентацию на Восток. Более развитые промышленные регионы Украины тяготели к Рф, тогда как выходцы из западной части страны, в большей степени сельской, стали главной социальной базой Евромайдана.

Как уже писала «Лента.ру», в первый раз таковой конфликт (наиболее острый способ разрешения противоречий в интересах, целях, взглядах, возникающий в процессе социального взаимодействия) цивилизаций на пространстве Украины обозначила «оранжевая революция» 2004 года, а корешки этого противоборства и совсем уходят в прошедшее — в историю 2-ой мировой войны, когда часть населения современной Украины поддержала нацистов, а часть стала их жертвами, и дальше в глубь веков.
В Белоруссии можно узреть признаки схожего конфликта цивилизаций. К примеру, на акциях оппозиции в Минске и остальных городках время от времени возникают флаги Евросоюза, а до выборов люди выходили на улицы с плакатами против интеграции с Россией. Но по факту это быстрее наружные атрибуты, и стоящие за ними недовольные белорусы разительно различаются от протестующих на площади Независимости в Киеве в 2013 году.
Сила и единство
Население Белоруссии, долгие годы живущее в стране с авторитарным режимом, практически не имело способности выразить свою геополитическую ориентацию, как их украинские соседи, где всю современную историю за власть в стране с переменным фуррором боролись две группы воздействия. Антироссийские настроения в белорусском протесте начали проявляться только в крайнее время, да и то быстрее как ответ на поддержку Кремлем работающего президента, чьей отставки они достигают.
Аналогичным образом стоит расценивать и протесты против интеграции с Россией, проходившие в прошедшем году. Не стоит забывать, что их во многом раскачивал сам же Лукашенко, критикуя Москву за проявление «имперских амбиций» и делая звучные заявления о опасности суверенитета Минска. Они звучали всякий раз, когда русская сторона отрешалась продавать ему нефть и газ по внутренним ценам до тех пор, пока белорусская сторона не согласится делать обязательства по договору о Союзном государстве.
С самого начала протестов в Белоруссии фавориты оппозиции старались лавировать меж внешнеполитическими предпочтениями белорусов. Броско, что на данный момент сами же участники демонстраций требуют тех, кто приходит с флагами Евросоюза, сворачивать и прятать эти знаки, чтоб не давать повода сравнивать протест с внешнеполитическим выбором. Философ Борис Межуев в комменты «Ленте.ру» отметил, что ориентация оппозиционного большинства или еще неведома, или формируется лишь на данный момент, в момент революционного подъема. И противники Лукашенко не непременно могут быть противниками отношений с Россией.

Межуев уверен, что пока пророссийская ориентация в белорусском обществе все-же преобладает, беря во внимание как минимум тесноватые экономические связи страны с Россией. О этом гласит хотя бы тот факт, что посреди фаворитов оппозиционного движения были люди, так либо по другому связанные с Россией, к примеру, выпускник МГИМО, дипломат Валерий Цепкало. Не считая того, важной частью протестов стали стачки рабочих на муниципальных предприятиях — практически пророссийский электорат Лукашенко.
Тем не наименее это не означает, что противники Лукашенко отрешаются от западного вектора движения страны. Наиболее того, пока он остается для их главным, и бывшая соперница работающего президента на выборах Светлана Тихановская, знак и «рупор» протестного движения на мировой арене, не один раз заявляла приверженность белорусизации страны. По ее воззрению, дела с Россией должны быть «дружеские, взаимовыгодные», но без глубочайшей интеграции.
Подобные выражения сыграли совершенно не на руку ее сторонникам. Как бы фавориты протеста ни старались бросить конфликт (наиболее острый способ разрешения противоречий в интересах, целях, взглядах, возникающий в процессе социального взаимодействия) с властью во внутриполитической плоскости, крайние действия демонстрируют, что Лукашенко в итоге сумел навязать своим противникам раскол на «пророссийскую» власть и ее «прозападных» врагов и перевести их противоборство в межгосударственную плоскость.
Переломный момент
Решающий ход власти сделали в момент сотворения Координационного совета оппозиции в середине августа. На веб-сайте Тихановской объявили, что соратники разработали свои предложения по предстоящему развитию страны под заглавием «Реанимационный пакет реформ для Белоруссии». Ознакомиться с программкой предлагалось на платформе zabelarus.com. Опосля этого представители официальной власти страны увидели, что «пакет» включает выход из интеграционных объединений с ролью Рф.
Francisco Seco / AP

Позднее Колесникова поведала «Ленте.ру», что публикация была фейком, приготовленным спецслужбами. «Оказалось, что программка была сотворена в конце мая и находится в архиве. И каким-то образом она через 4-ый ресурс ведет к веб-сайту Тихановской. Это манипуляция. Никакой программки, не считая озвученной резолюции, у нас нет», — произнесла она. Единственной программкой совета как штатской платформы является выход на диалог с властью для соблюдения 3-х требований — проведения новейших выборов, освобождения заключенных и вербования к ответственности тех, кто пытал людей в кутузках.
Но это сделалось поводом для Лукашенко не лишь возбудить уголовное дело по факту целей захвата власти, но и обвинить оппозицию в попытке устроить еще одну цветную революцию. Естественно, опосля такового инцидента и на фоне постоянных встреч Тихановской с южноамериканскими, польскими и литовскими политиками и дипломатами, поддержавшими Евромайдан, Кремль не пойдет на контакт с противниками работающей власти Белоруссии.
Позднее масла в огнь подлила сама Тихановская, заявившая, что Минск в случае смены власти не станет выплачивать Москве кредит и не будет следовать никаким договоренностям, если их заключит Лукашенко.

«Почему появляются вопросцы относительно выделенных Россией средств? Поэтому что все эти средства идут в Белоруссию не на что-то очень нужное нашей стране, на поликлиники либо что другое, а на разгоны, аресты, на экипировку для ОМОНа», — произнесла она.

Подобные выражения политика, равно как и заявления о спорной принадлежности Крыма, как как будто противоречат целям, объявленным новеньким фаворитом оппозиции Марией Колесниковой и иными их соратниками, которые всячески старались откреститься от обвинений Лукашенко в антироссийских настроениях и настаивали, что речи о пересмотре отношений с наиблежайшим соседом не идет. Это разъясняет, почему Москва до сих пор не ответила на бессчетные пробы оппозиции выйти на диалог.
Выход есть?

Конкретно потому для Рф чуток ли не главной неувязкой в белорусских событиях является не вмешательство Запада, которого так «опасается» Лукашенко, а отсутствие организованной пророссийской коалиции, на которую можно было бы опереться взамен него — это поле зачищалось управлением страны еще с конца 1990-х.
В среднесрочной перспективе нахождение Лукашенко у власти русской стороне быстрее прибыльно. Москва имеет куда больше рычагов воздействия на Лукашенко, чем в свое время на Януковича. В отличие от Украины 2013-го, Белоруссия 2020-го остается жизнестойка благодаря русским денежным вливаниям. Опосля сегодняшнего кризиса остальных суровых доноров, не считая Рф, у Белоруссии фактически не остается. Другими словами, ключи от Минска лежат в Москве.
Но режим Лукашенко не вечен, и, разумеется, уже само его существование становится фактором дестабилизации обстановки в стране. Да и сам он крайние четверть века искусно лавировал меж Западом и Востоком и не раз проявлял чудеса изворотливости. Не считая того, опосля укрепления власти он может опять поменять собственный пророссийский вектор на обратный — сымитировать реформы, чтоб «заболтать протест», как он сделал это в 2010 году, и приостановить процесс сближения Минска с Москвой.
Это приметно даже представителям оппозиции. В разговоре с «Лентой.ру» Максим Богрецов, взявший роль фаворита протестного движения на себя опосля ареста Колесниковой, отметил, что Лукашенко постоянно употреблял тему интеграции с Россией как средство манипуляции, но настоящих шагов по выполнению контракта о Союзном государстве, которые по сущности являются главной целью Рф, так ни разу и не делалось.

«Естественно, есть шанс, что на данный момент что-то прокрутится, и режим в рамках Союзного страны поменяется благодаря договоренностям. Но пока что это ни разу не приводило к настоящим действиям даже на пути углубления интеграции в вопросцах, где это работало бы на благо обоих стран», — продолжил он.

Богрецов также высказал мировоззрение, что опосля поездки Лукашенко в Сочи у белорусских властей «поменялась риторика, и складывается воспоминание, что кто-то побеседовал и произнес, что, быть может, нужно находить какую-то середину и говорить с оппозицией».

Не считая того, он отметил значимость русского кредита для поддержания экономики его страны. Но у врагов работающей власти есть опаски, что помощь Москвы пойдет не на эти цели, а будет потрачена на укрепление режима, который на данный момент удерживается силовыми способами. Эти опаски подтверждают и русские специалисты, отмечая, что в таком случае раскол общества и повторение «украинского сценария» в Белоруссии становится чуток наиболее вероятным — пусть и не в короткосрочной перспективе.
Потому для Москвы безупречным сценарием была бы реальная конституционная реформа, при которой в Белоруссии возникли бы пророссийские партии, а сама власть мягко перебежала бы транзитом к преемнику. Тем наиболее что почва для становления новейших сил в республике пока есть. Невзирая на заявления Тихановской, ее сторонники не перестают находить контакта с русской стороной и именуют ее одним из основных вероятных посредников в урегулировании кризиса.
Философ Борис Межуев считает, что блок из различных политических сил, объединенная мыслью укрепления связей с Россией, имела бы шанс на гипотетичных парламентских выборах в Белоруссии, так как проевропейские силы составляли бы меньшинство и размещались бы в больших городках. Сам Лукашенко сумел бы сохранить лицо и почти все привилегии, возглавив этот процесс.
Но работающий президент Белоруссии, по понятным причинам, на разрешение кризиса глядит по другому, чем русское управление. «Да, может быть, я незначительно пересидел. Меня демонстрируют не лишь из телека, но и из утюга и чайника. Но лишь я на данный момент могу защитить белорусов. Я просто так не уйду. Я четверть века обустраивал Беларусь. Просто так все это не брошу!» — заявил политик в интервью русским СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле- и видеопрограммы). Другими словами, он не для того усиливал свою власть, чтоб делиться возможностями. Во всяком случае, добровольно.

Источник

Leave A Reply

Your email address will not be published.

шесть + пятнадцать =